Россия - страна с огромными природными ресурсами, но её промышленность развивается не так, как в Европе или Китае. Тут нет простого повторения чужих моделей. Особенность российской промышленности - в её неравномерности, зависимости от сырья и в том, что заводы часто работают не потому, что это выгодно, а потому что иначе не выжить. Это не история успеха, а история выживания.
Сырьё - не двигатель, а якорь
В 2025 году на экспорт сырья приходится около 60% всех российских промышленных поступлений. Нефть, газ, металлы, лес - это не просто товары, это основа бюджета, зарплаты и стабильности. Но когда ты зависишь от того, сколько стоит баррель нефти, ты перестаёшь думать о технологиях. Ты думаешь, как бы не упасть ниже порога. В Сибири и на Урале строят новые нефтеперерабатывающие мощности, но не потому, что это инновационно. А потому что без них не пройдёт труба. Заводы здесь - не центры производства, а точки сборки и перекачки. Это не развитие - это поддержание.
Где заводы, там и города
В России 80% промышленных предприятий расположены в городах с населением меньше 500 тысяч. Это не случайность. В 90-е, когда рынок рухнул, государство не закрывало заводы - оно закрывало города. В Новосибирске, Челябинске, Кемерово, Нижнем Тагиле заводы - это не просто работодатели. Это система: жильё, больницы, школы, магазины. Если завод останавливается - город умирает. Поэтому даже убыточные предприятия продолжают работать. В 2024 году в Кузбассе один из угольных разрезов получал субсидии в 3,7 раза больше, чем его прибыль. Это не эффективность. Это социальный договор: «Не трогай, и мы не тронем».
Технологии? Только если не надо менять людей
Российские заводы не отстают от мира в технологиях - они их избегают. Почему? Потому что внедрение роботов - это не просто затраты. Это перестройка всей системы. В Европе автоматизация - это способ сократить издержки. У нас - это риск потери контроля. В Тюмени на нефтеперерабатывающем заводе внедрили цифровую систему контроля качества. Через год её отключили. Операторы сказали: «Мы не знаем, что делать, если система ошиблась». А если система не ошибается - зачем нужны люди? А без людей - нет лояльности. А без лояльности - нет стабильности. Так что роботы здесь - не будущее, а исключение. Только в тех случаях, когда люди уже не могут - например, на химических производствах с токсичными средами.
Кто управляет? Не менеджеры, а чиновники
В России промышленность управляется не рынком, а распоряжениями. Минпромторг, Росатом, Ростех - это не просто госкорпорации. Это инструменты политики. В 2023 году на производство военной техники выделили 1,2 трлн рублей. На модернизацию пищевой промышленности - 17 млрд. Это не ошибка. Это приоритет. Если ты производишь танки - тебе дадут кредит, землю, транспорт. Если ты делаешь детские игрушки - ты сам с этим разбирайся. Промышленность здесь - не экономика. Это продолжение государственной власти. Завод - это не бизнес. Это территория с особым режимом.
Кадры - это не проблема. Это реликвия
В 2025 году в России 42% рабочих на производстве старше 50 лет. Молодёжь уходит. Не потому что плохо платят - хотя платят плохо. А потому что нет перспектив. В Тольятти инженер с дипломом МАИ зарабатывает 85 тысяч рублей. В Москве - 140 тысяч. Но в Москве - не заводы. Там офисы. А заводы - в провинции. Там нет интернета, нет кафе, нет культурных событий. Даже если ты любишь технику - ты не хочешь жить там, где через пять лет может не быть ни одного работающего станка. Так что кадры - это не дефицит. Это наследие. Старые люди работают, потому что им некуда идти. Молодые уезжают, потому что им есть куда.
Что меняется? Медленно. И только под давлением
В 2024 году впервые за 20 лет в России начали строить новые заводы не для экспорта, а для замещения импорта. Не потому, что решили стать технологически независимыми. А потому что товары перестали приезжать. В Калининграде открыли завод по производству бытовой техники - раньше всё везли из Китая. В Рязани запустили линию по сборке медицинского оборудования - раньше закупали в Германии. Это не революция. Это вынужденная адаптация. И тут важен один момент: всё это делается без привлечения иностранных технологий. Только российские решения. Даже если они хуже. Потому что иначе - нельзя.
Сколько это продлится?
Российская промышленность не растёт. Она выживает. И пока есть сырьё, есть деньги на субсидии, есть люди, которым некуда идти - она будет существовать. Но если не будет ни того, ни другого, ни третьего - она рухнет. Не потому что не умеет. А потому что не хочет меняться. Пока государство считает, что завод - это не бизнес, а инструмент стабильности - промышленность останется в прошлом. Не потому что Россия не может быть индустриальной державой. А потому что она боится быть ею.
Почему российские заводы не внедряют роботов?
Роботы не внедряют, потому что они требуют не только денег, но и перестройки всей системы управления. В России на заводах ценится стабильность, а не эффективность. Если автоматизация приведёт к сокращению персонала - это вызовет социальный взрыв. Поэтому даже когда технологии доступны, их используют только там, где без них нельзя - например, на химических или ядерных производствах. В остальных случаях проще оставить человека, даже если он медленнее и дороже.
Как влияет зависимость от сырья на развитие промышленности?
Зависимость от сырья делает промышленность уязвимой. Когда цены на нефть падают, бюджет сокращается - и на модернизацию заводов не остаётся денег. Вместо того чтобы инвестировать в новые технологии, государство вынуждено дотировать старые предприятия, чтобы не допустить массовых увольнений. Это создаёт порочный круг: чем больше ты зависишь от сырья, тем меньше у тебя ресурсов на развитие. И наоборот - чем меньше развитие, тем сильнее зависимость.
Почему в России так много заводов в малых городах?
Потому что в 90-е годы, когда приватизация привела к закрытию многих предприятий, государство решило не допустить массового разрушения городов. Вместо того чтобы закрывать заводы, его стали дотировать. Так возникли «моногорода» - города, где один завод обеспечивает 80% экономики. Сейчас это не экономическая модель, а социальный компромисс. Закрыть завод - значит уничтожить город. Поэтому даже убыточные предприятия продолжают работать - ради стабильности.
Какова роль государства в развитии российской промышленности?
Государство - не регулятор, а главный инвестор и распределитель ресурсов. Оно решает, какие отрасли выживут, а какие исчезнут. Военная промышленность получает миллиарды, а пищевая - десятки миллионов. Это не рыночный выбор. Это политический. Заводы в России - это не компании, а части государственной системы. Их успех измеряется не прибылью, а выполнением планов и сохранением занятости.
Почему молодёжь не хочет работать на заводах?
Молодёжь не хочет работать на заводах, потому что там нет будущего. Зарплаты низкие, условия тяжёлые, а перспективы - нулевые. Даже если ты инженер с дипломом, в провинции ты не сможешь переехать в другой город - нет жилья, нет инфраструктуры. А в крупных городах - только офисы. Так что выбор простой: либо ты уезжаешь, либо остаёшься и работаешь, потому что больше ничего не остаётся. Это не вопрос престижа. Это вопрос выживания.
